В последнее время в госСМИ все меньше говорят о мигрантах в ТЛЦ «Брузги», хотя в ноябре прошлого года новости о них выходили бесперебойно. В конце ноября Лукашенко в интервью Дмитрию Киселеву заявлял, что будет стараться решить проблему с мигрантами до Нового Года. Так может, они уже уехали? Мы попытались разобраться.
Что писали о людях в «Брузгах» в последнее время?
Новостей не много. В лагере работает мобильный образовательный центр для детей. К Новому Году туда с подарками и поздравлениями приезжали Дед Мороз и Снегурочка — желали «крепкого здоровья, счастья в личной жизни, во всех начинаниях». Также накануне праздника там побывала российская певица Зара — артистка «не смогла просто смотреть на происходящее и приехала поддержать людей, попавших в трудную жизненную ситуацию», привезла более 800 килограммов теплых вещей, сладких подарков и фруктов. Также 3 января наведывались сенатор Виктор Лискович и матушка Гавриила (та самая, которая крестила мигрантов — об этом подробнее в тексте ниже) с подарками.
В конце года в Гродно приняли роды у трех беженок — родились трое детей. Отец одной из новорожденных спрашивал, может ли она получить белорусский паспорт. В МВД рассказали, что рожденные в Беларуси дети мигрантов могут получить гражданство, если у их родителей будет статус постоянных жителей.
На этом все. Лишь изредка публикуются видео из лагеря или короткие рассказы самих мигрантов о жизни в Беларуси, их благодарности властям за оказанную помощь или обвинения в сторону Запада.
Может, почти все мигранты уехали, поэтому о них мало говорят?
Журналист Zerkalo.io позвонила в Гродненский облисполком как житель города, неравнодушный к ситуации. Чиновники подтвердили, что мигранты из «Брузгов» никуда не делись и лагерь все еще работает. В главном управлении здравоохранения рассказали, что медики продолжают оказывать медпомощь тем, кто за ней обращается, врачи дежурят на месте. В управлении по образованию тоже были немногословны:
— К сожалению, они там, — сказала замначальника управления Ольга Суворова. — Почему к сожалению — потому что это ненормальная жизнь. Вы позвонили нам, наверное, потому что видели наши репортажи, что туда приезжал Дедушка Мороз и мы там организовывали занятия — математика, физкультура, языки, ИЗО, еще что-то вроде биологии. С детками так и занимаются, проводятся уроки, а по поводу взрослых я не знаю. Сколько там деток осталось, я не могу сказать — не владею этой информацией.
Представитель гродненской организации Красного Креста рассказала, что в лагере продолжают работать волонтеры. Для мигрантов больше не собирают одежду, но желающие чем-то помочь по-прежнему могут приносить нескоропортящиеся продукты и средства гигиены.
— Да, мигранты пока есть в лагере. Их осталось немало, нормально, поэтому наши сотрудники, волонтеры до сих пор оказывают им гуманитарную помощь. Это разгрузка, погрузка, выдача еды — это каждый день, без выходных, — пояснила собеседница.
В лагере по состоянию на 10 января продолжают работать автолавка, полевая кухня и баня. Для детей также организовывается досуг, с ними занимаются педагоги-психологи.
Так сколько мигрантов осталось в Беларуси?
Данные по количеству людей в лагере, которые появляются в СМИ, разнятся. К примеру, 1-го января госканал «Беларусь 1» сообщал о 500 мигрантах, из которых более сотни — дети. А Sputnik в своем материале писал, что в начале 2022-го года там находилось около 700 человек, а на 11 января, по оценкам их корреспондента, — 300−400 человек.
Нам не удалось узнать у чиновников и в общественных организациях, сколько людей осталось в лагере — все они говорят, что не располагают такими данными, так же отвечают на горячей линии Гродненской погрангруппы.
По данным на 23 ноября в ТЛЦ жили около 2 тысяч человек. 18 ноября из Минска запустили эвакуационные рейсы в Ирак и Сирию. Спустя почти три недели сообщалось, что самолетами иракских авиалиний из Беларуси улетели более 2,7 тысячи человек. Но стоит учитывать, что не все мигранты, находившиеся в стране, размещались именно в ТЛЦ «Брузги» — кто-то мог оставаться в городах. Официальный Минск в конце ноября сообщал о 2−3 тысячах таких беженцев из стран Ближнего Востока.