Беларусскую пенсионерку Аллу дважды задерживали в Минске во время акций протеста в 2020 году. Из-за преследований она уехала сначала в Польшу, а потом в Бельгию, где с нуля выучила французский язык, ходит на аквааэробику и планирует остаться там жить. Ее историю рассказывает «Радыё Свабода». Это сокращенная версия текста, полную можно прочесть по ссылке.
Имя героини изменено по ее просьбе.
Алле 66 лет. Она работала в школе, преподавала английский, вышла на пенсию. Писала стихи, ходила на митинги и мероприятия, которые организовывал БНФ, хотя и не была в партии.
«Я считаю, что апогей моей жизни — 2020 год. Подписалась и за Бабарико, и за Тихановскую, была с людьми. Взрыв 9-го, 10-го (августа. — РС) для меня был полной неожиданностью. Сидела вечером дома и слышала: „Жыве Беларусь!“ Я просто не ожидала. Утром узнаю, что людей избивают, что кровь в центре Минска. Я тоже пошла», — говорит собеседница.
Алла вспоминает, что в 2020-м ходила на марши трижды в неделю: на общие по воскресеньям, на женские по субботам и на марши пенсионеров по понедельникам. Однажды она даже выбралась из квартиры через окно, потому что родные просили ее не участвовать в митингах.
«Я помогала собирать женщин моего возраста на общих митингах, и мы ходили, водили хороводы, пели „Касіў Ясь канюшыну“. Ходила, ходила, а потом доходилась», — вспоминает собеседница.
Женщину задерживали дважды — в ноябре 2020 года и в августе 2021 года. Оба раза ей давали «сутки» в ИВС на Окрестина и в Жодино.
Осенью 2021 года Алла сделала визу и уехала из Беларуси в Польшу. Нашла там работу на рыбном заводе, проработала три месяца, но поняла, что долго там не выдержит. Переехала в Черногорию, оттуда в Бельгию. Там поселилась в лагере для мигрантов и прожила в нем 2,5 года.
Алла ходила на концерты и с нуля начала учить французский язык — пошла на языковые курсы, куда бесплатно брали всех мигрантов. Недавно женщина сдала языковой экзамен на уровень B1. На экзаменах получила 90 и 76 баллов из 100. Считает это хорошим результатом для своего возраста. Алла продолжает учить французский, чтобы лучше понимать бельгийцев, потому что большинство в ее регионе не знает английского языка.
«Я уже могу довольно долго говорить на сложные темы. Нам нужно было сделать презентацию о художнике своей страны. Выбрала Юделя Пэна. Я ходила в художественный музей в Минске, очень любила его картины, они так меня радовали. Всем презентация понравилась. Никто не знал, что Марк Шагал был из Беларуси, а Юдель Пэн был его учителем», — рассказывает собеседница.
Сейчас беларуска живет в городе Намюр, снимает квартиру, ей оказывает помощь бельгийское правительство. Алла на пенсии и уже не должна работать. Она ходит на занятия по аквааэробике в бассейн. Говорит, что в группе в основном пенсионерки.
«Какие они живые! Они и прыгают, и танцуют, как молодые! Одеваются как девочки, в шортики. Пошли купили то, что им нравится, и носят. Прически у них модные. Косметикой почти никто не пользуется. Волосы большинство не красят. Вечером пенсионеры собираются и бегают — группами, вместе!» — восхищается образом жизни бельгийских пенсионеров Алла.
Беларуска планирует остаться жить в Бельгии. Вспоминает, что ее соседи в Минске помогали милиционерам ее задерживать, давали участковому свой телефон, чтобы тот позвонил пенсионерке, потому что она заблокировала номер сотрудника милиции. Жить рядом с такими соседями она не хочет.
«Я уже здесь привыкла, друзей завела. В моем возрасте это уже достаточно тяжело. Хотя ностальгия — вещь мучительная. Нужно привыкнуть к тому, что в ближайшее время я не смогу приехать домой. Хочется приехать, пройтись по своей деревне, приехать в Минск», — говорит Алла.